Французские спецслужбы имеют давний опыт борьбы с террористами. В 60-х Франция оказалась перед лицом как левого, так и правого терроризма из-за войны в Алжире. В 70-е новой угрозой стали теракты палестинских групп под идейным руководством Карлоса Шакала. В 1980-е французские спецслужбы столкнулись с серией взрывов, за которыми стояли террористические группы, финансируемые Сирией и Ираном. 90-е годы принесли новый виток алжирского терроризма, включая попытку 1994 года захватить самолет Air France и направить его в Эйфелеву башню.
Мусульмане Франции и структуры борьбы с терроризмом
По данным МВД Франции, количество выходцев из мусульманских стран выросло с 2 млн в 1978 г. до 3 млн в 1993-м, 4,5 млн в 2000-м; в 2010 году насчитывалось 4 миллиона 710 тысяч мусульман, при общем населении страны в 60 млн человек, что составляет примерно 7,5% от общего населения страны. Около 60% французских мусульман имеют гражданство, большинство эмигрировало из Северной Африки, в основном из Алжира и Марокко. Они появились во Франции после Второй мировой войны и после гражданской войны в Алжире, бывшей французской колонии. Большая часть мусульманского населения проживает в пригородах, которые были застроены после Второй мировой войны для временного размещения там рабочих-мигрантов. Французский Совет мусульманской веры (The French Council of the Muslim Faith) был создан в 2003 году с целью организовать общение между мусульманским сообществом и правительством. Организация имеет 25 филиалов, ее возглавляет имам Большой парижской мечети. Союз исламских организаций Франции (The Union of Islamic organizations of France) является другой могущественной организацией в стране, под прямым контролем которой находится более 30 мечетей и под косвенным - 150−200. Хотя официально это отрицается, Союз исламских организаций Франции вдохновляется из Египта организацией «Братья-мусульмане». 33% мусульман североафриканского происхождения безработные, при том, что средний уровень безработицы в стране 10,2%.
Второе и третье поколение мигрантов-мусульман Европы уязвимы перед радикальной исламистской идеологией. Во многом это объясняется отсутствием других средств идентификации. Они более не могут идентифицировать себя со страной происхождения своих предков. Им необходимо приспособиться к новому окружению, найти новую форму идентичности. Обладая, как правило, более высоким уровнем образования, они острее воспринимают свою второсортность. В «иммигрантских гетто» у них формируется своя субкультура. Они выбирают ислам в качестве новой идентичности, при этом «их ислам» более жесткий, консервативный. Многих мусульман, которые встают на путь джихада в Европе, можно считать вполне нормальными людьми. Они могут быть от рождения мусульманами или потом стать так называемыми переобращенными. В своем большинстве они происходят из среднего класса. У некоторых есть семьи и дети. Тем не менее, есть одно общее, что многих из них объединяет: их нельзя назвать людьми, жизнь которых проходит в гармонии. Они испытывают эмоциональный дискомфорт и неудовлетворенность. Молодых людей из разных европейских и мусульманских стран на участие в джихаде в Афганистане и Ираке, Сирии толкают различные фетвы, призывающие к борьбе с неверными, опубликованные в интернете, кадры с изображением невинных жертв бомбардировок и ракетных обстрелов. Самым опасным периодом в жизни молодого человека является переходный возраст, когда начинается поиск новых жизненных ориентиров. Именно на этом этапе идеи джихада в той трактовке, в какой его преподносят радикалы, легче всего воспринимаются молодежью, они просты, упорядочены, имеет место четкое разделение добра и зла.
В европейских тюрьмах готовят террористов
Руководители террористических ячеек, пользуясь тем, что обслуживающий персонал не владеет диалектами арабского языка, передают различными способами кодированные послания своим сообщникам, другие договариваются с охранниками, чтобы пронести на территорию тюрьмы ноутбук и пользоваться интернетом, отправлять свои теоретические труды широкому кругу пользователей. Исламисты ведут активную вербовочную работу среди заключенных в местах отбывания наказания. Власти различных стран Западной Европы обеспокоены тем, что 95% бывших заключенных возвращаются обратно в общины, часть из них после освобождения не только начинают придерживаться радикальной версии ислама, но и поддерживают связи с салафитскими группировками и участвуют в проведении террористических операций.
Французские структуры борьбы с терроризмом
Во Франции борьбой с терроризмом занимаются: в национальной полиции - дивизия по борьбе с терроризмом (Division Nationale Anti-Terroriste - DNAT) центральное управление общей разведки (DCRG) и центральное управление судебной полиции (DCPJ), также в ее составе находится UCLAT - центр координации борьбы с терроризмом. Служба внешней разведки (DGSE), служба госбезопасности (DCRG), контрразведка (DST), жандармерия (Gendarmerie) - группа осуществляющая задачи специального вмешательства GIGN (Groupe d’Intervention de la Gendarmerie Nationale), специальное антитеррористическое подразделение ST6 было создано в июле 1999 года, после того как в Косово начала свою деятельность миссия ООН.
Кроме того, для проведения совместных антитеррористических операций могут привлекаться эксперты других организаций.
DNAT координирует деятельность судебной полиции в части, касающейся выявления, локализации и задержания лиц, готовящихся совершить теракт на территории страны. В состав подразделения входят два специализированных исследовательских отдела по международному терроризму и сепаратизму.
Судебная полиция (Police Judiciaire) в составе национальной полиции представляет собой основную структуру, контролирующую соблюдение законов, выявляет авторов преступлений на территории страны. В задачу Центрального управления судебной полиции (DCPG), основной задачей которого является борьба с оргпреступностью, в том числе борьба с терроризмом и с его финансированием.
Центральное управление общей разведки DCRG, созданное еще в 1907 году, отвечает за общественную безопасность и безопасность политического режима. В борьбу с терроризмом эта структура включилась после создания ОАС в 1961 году. Тогда же были созданы ее региональные отделения. Только в 1995 году DCRG перестало следить за политическими партиями. В 2004 году основными задачами DCRG были названы борьба с терроризмом, теневой экономикой, а также уклонением от уплаты налогов.
В настоящее время координируют работу по борьбе с терроризмом во Франции более 700 человек центрального управления общей разведки (DCRG) и около 150 сотрудников Центрального управления судебной полиции (DCPG). На эти цели из бюджета выделено ежегодно около 6 млн евро. В DST около 40% персонала занимаются борьбой с терроризмом.
Координация и обмен информацией между DST, DCRG и DCPJ осуществляется в рамках деятельности Отдела по координации борьбы с терроризмом (L"unite de coordination de la lutte antiterroriste - UCLAT) подчиняющегося генеральному директору национальной полиции. UCLAT - центр координации борьбы с терроризмом. Задачи: сбор и передача по назначению информации, связанной с террористическими угрозами, аналитическая работа, прогноз рисков и контроль обеспечения безопасности на массовых мероприятиях. Штат - 30 человек. Создан в 1984 году. Работает в контакте с соответствующими службами Германии, Италии, Великобритании, Испании, Бельгии, Голландии и США.
В мае 2002 г. по указу Совета Министров во Франции был создан Совет внутренней безопасности. Задачей Совета является определение направления политики внутренней безопасности и приоритетов. Он обеспечивает взаимодействие и координацию действий различных министерств, устанавливает целесообразность и адекватность предпринимаемых мер в области обеспечения внутренней безопасности, осуществляет контроль за законопроектами, касающимися общественной жизни. Совет подчиняется непосредственно Президенту Республики, в состав входят премьер-министр, министры внутренних дел, юстиции, обороны, экономики и финансов и бюджета. В зависимости от решаемой задачи, в состав могут войти и другие министры. Совместно с другими управлениями министерства внутренних дел и Генеральным Секретариатом Национальной обороны Совет готовит и проводит заседания, принимает решения и следит в дальнейшем за ходом их реализации.
Преследование террористов В 1963 году во Франции был создан квазивоенный трибунал под названием Le Cour de surete de l’Etat (Суд безопасности государства). Эта судебная инстанция была создана вне обычной французской юридической системы. Хотя этот суд действовал достаточно эффективно, но само его существование выглядело противоречиво и было детищем голлистов. Франции недоставало нормальной законной процедуры, которую можно было бы использовать в дальнейшем в борьбе с терроризмом. Оппозиция в лице сенатора Франсуа Миттерана критиковала неконституционную передачу функций судебной власти исполнительной. Когда Миттеран и социалисты пришли к власти в 1981 году, они решили, что угроза терроризма снизилась, и отменили Суд безопасности государства. Однако в 1986 году, когда угроза терроризма стала очевидной, пришлось опять задуматься над разработкой юридической процедуры. В конце концов для преследования террористов была создана специальная законная процедура, которая стала частью законодательства Франции.
В результате сейчас самое главное лицо в государстве по борьбе с терроризмом - это не глава DST и не министр обороны, а Специальный судья по вопросам борьбы с терроризмом, который совмещает функции прокурора и судьи в суде высшей инстанции Парижа. Преступления, связанные с терроризмом, расследуются сейчас во Франции специальными силами полиции, обвинение представляет специальный обвинитель, а процесс проходит в обычном суде, и ведут его обычные судьи. Полиция и прокуроры располагаются в Париже. Таким образом, теракты по всей Франции и за рубежом, если они затрагивают французские интересы, расследуются в Париже, там же готовится обвинение. Этот процесс проходит через Министерство юстиции, виртуальный аналитический центр развединформации. Законность системы магистратов помогает сохранять им довольно высокую степень гибкости. Например, суды имеют возможность не только расследовать теракт, как только он был совершен, но и возбуждать расследование против групп, в отношении которых есть оперативная информация, что они вовлечены в террористический заговор. Они также имеют право допрашивать подозреваемых, инициировать расследование и предъявлять обвинение подозреваемым.
Группа вмешательства в структуре корпуса национальной жандармерии
Во французской жандармерии в начале 1970 годов, когда терроризм уже стал принимать очертания международной угрозы, создана группа GIGN (Groupe d’Intervention de la Gendarmerie Nationale), осуществляющая задачи специального вмешательства. В то время ещё не было специально подготовленных антитеррористических подразделений. Даже израильский спецназ «Сайерет Маткаль» и английская САС были не антитеррористическими, а разведывательно-диверсионными подразделениями. Однако из-за особой секретности о Группе вмешательства в структуре корпуса национальной жандармерии стало известно только 3 сентября 1973 года. В ноябре того же года подразделение стало называться Региональной боевой группой вмешательства (ECRI). После нескольких месяцев тренировок ECRI приступила к боевому дежурству. И уже через две недели бойцы группы разоружили вооруженного преступника. Свою профессиональную пригодность GIGN подтвердила после успешного освобождения заложников из захваченного террористами автобуса в Джибути уже в 1976 году. По данным открытой печати, численность группы в 2000 году превысила 100 человек.
В апреле 1974 года был подписан приказ, согласно которому ЕCRI разделили на две группы: северную - GIGN-1, и южную - GIGN-4. Северная располагалась под Парижем, южная - в Мон-де-Марсан. Обе группы насчитывали по 15 бойцов. GIGN оказывала помощь полиции при задержании особо опасных преступников, однако уже в 1976 году им пришлось продемонстрировать своё умение при освобождении заложников.
Отдать приказ на огонь может только руководитель Главного управления национальной жандармерии. Две группы постоянно находятся на круглосуточном боевом дежурстве. Время готовности групп к выполнению задачи составляет тридцать минут с момента принятия решения в штабе национальной жандармерии и отдачи распоряжения о применении подразделений группы. Группа может быть задействована в любой стране мира, Довольно часто за рубежом группа действует в сотрудничестве с DGSE - французской внешней разведкой. Специалисты GIGN помогали создавать антитеррористические подразделения в Марокко, Тунисе и Алжире, Ливии.
Оцените новость
Новости партнеров:
Американская газета The Washington Post опубликовала во вторник href=" http://www.washingtonpost.com/ac2/wp-dyn/A17082-2004Nov1?language=printer" target="_blank"> обширный комментарий , посвященный принятой во Франции практике борьбы с терроризмом. Причиной появления этого материала стала , освобожденных минувшим летом из американской военной тюрьмы на военной базе Гуантанамо. По прибытию во Францию эти люди были арестованы, об их дальшейшей судьбе никакой информации нет. Между тем, по французским законам, они могут находиться в заключении до трех лет, пока власти решат, стоит их судить или нет.
В Испании, Великобритании или Дании талибы - граждане этих стран, освобожденные из заключения в тюрьме на военной базе Гуантанамо, - подробно рассказывают о мучениях, которые им пришлось пережить в узилище. Правительство Швеции готово помочь "своему" узнику Гуантанамо организовать юридическое преследование американских властей за причиненный ему ущерб.
Во Франции же ситуация кардинально иная. Эта страна имеет самое строгое антитеррористическое законодательство среди европейских государств. Оно позволяет властям проводить агрессивную политику по отношению ко всем лицам, которые, по мнению властей, представляют террористическую угрозу. В то время как другие страны Запада пытаются соблюдать баланс между безопасностью страны и соблюдением прав своих граждан, Франция совершает действия, которые в США да и во многих других странах сочли бы если не противозаконными, то как минимум противоречивыми.
Например, французы без долгих раздумий выслали из страны десятки исламистов, в том числе имама, утверждавшего, что мусульмане не участвовали в терактах 11 сентября 2001 года в США. Вообще французские борцы с терроризмом убеждены, что именно превентивные удары позволяют им предотвращать теракты и препятствовать образованию террористических сетей в стране. Они активно пользуются услугами информаторов, которые помогли сорвать нападения на посольство США в Париже, французские туристические объекты на острове Реюньон в Индийском океане и на другие цели. Спецслужбы практикуют аресты подозреваемых и принуждают их становиться информаторами. Они активно используют внедрение арабоговорящих агентов в радикальные исламистские группы. Законодательство страны позволяет подолгу допрашивать подозреваемых в терроризме в отсутствие адвоката.
Французы убеждены, что в стране под прикрытием ислама идет пропаганда жестокости и непримиримости. "Это реальность, и с этим надо бороться всеми средствами", - считает министр внутренних дел Франции Доминик де Вильпен.
По данным The Washington Post, французы берут на себя неблагодарный труд разбираться с "чужими" подозреваемыми, если в странах, где они живут, законодательство к ним излишне снисходительно. Нужны лишь минимальные юридические зацепки.
Например, гражданин Германии Кристиан Ганчарски, подозреваемый в принадлежности к "Аль-Каеде" и участии в теракте на тунисском острове Джерба в апреле 2002 года (там в результате взрыва синагоги погиб 21 человек, в том числе граждане Германии и Франции), был выдан Саудовской Аравией именно Франции, поскольку по германскому законодательству для заключения его под стражу не хватало доказательств. Ганчарски сидит уже семнадцать месяцев. Известны и другие случаи. Отметим также, что последние теракты во Франции, связанные с человеческими жертвами, имели место в 1996 году.
Почему же Франция ведет себя именно так, а не как другие страны Запада?
Ответ прост. Дело не в "наследии наполеоновских времен", а в стремлении победить террор, с которым Франция столкнулась раньше своих европейских соседей. Сначала это был террор политический, затем террор левацкий, а в восьмидесятые и девяностые годы - террор исламистский. Причем это был терроризм в таких масштабах и формах, с которыми в Европе, кроме французов, не сталкивался никто.
Борьба с ОАС
Потеря африканской колонии Алжир в начале шестидесятых годов вызвала во Франции волну националистических выступлений. В армейской среде зрел заговор против президента страны, генерала Шарля де Голля, которого враги независимого Алжира считали главным виновником происшедшего.
В 1960 году под давлением Национального фронта освобождения Алжира, развернувшего вооруженную борьбу против колонизаторов, Франция готовилась предоставить независимость своему форпосту в Северной Африке. В начале марта 1961 года в Швейцарии в условиях конспирации состоялся съезд офицеров французской армии, спецслужб и гражданских "ультра", недовольных алжирской политикой генерала де Голля. Была создана "Секретная вооруженная организация" (ОАС), которую возглавил генерал Салан. Основным методом ее борьбы с правительством стал индивидуальный и массовый террор. Своей главной мишенью боевики ОАС избрали генерала де Голля.
ОАС распространила свою деятельность не только на Францию и Алжир. В Бельгии подпольщиками ОАС были организованы склады оружия и взрывчатки. В Италии функционировали учебные центры ОАС и изготавливались поддельные документы. Подпольная сеть ОАС существовала в Германии и Испании. К осени 1961 года в "Секретной вооруженной организации" состояло до 4 тысяч военных, сотрудников спецслужб, правых радикалов, бывших фашистов. Основные силы располагались в Алжире и опирались на так называемых "черноногих" - французов, родившихся в этой колонии.
С начала 1962 года ОАС перешла к "тотальному террору". На территории Алжира были убиты сотни людей, во Франции - совершены покушения на 9 сенаторов, 38 депутатов Национального собрания, 12 журналистов. Были убиты несколько высокопоставленных полицейских, поддерживавших де Голля. Но президент оставался непреклонен в своем решении прекратить войну. 18 марта 1962 года в Эвиане были подписаны соглашения между Францией и Алжиром о прекращении огня и основах будущих франко-алжирских отношений.
В ответ на эвианские соглашения ОАС еще больше усилила террор. По данным на 12 апреля 1962 года, только в Алжире было совершено 12290 покушений, более полутора тысяч человек убито и 4 тысячи ранено. Но после ареста Салана в "Секретной вооруженной организации" произошел раскол. Часть оставшихся на свободе руководителей ОАС выступила за заключение мира с правительством. Несмотря на продолжавшиеся эксцессы, к началу июля 1962 года последние подразделения ОАС покинули Алжир. Краху ОАС способствовала достаточно эффективная работа французских спецслужб, прежде всего по внедрению агентуры в структуры ОАС вплоть до высшего руководства, и перевербовка ее членов. Но ястребы в руководстве ОАС не собирались складывать оружие.
После признания независимости Алжира на де Голля началась настоящая охота. В мае 1961 года на шоссе под Парижем в машину президента бросили бомбу. Еще одна бомба сработала в Бурбонском дворце. В сентябре на дороге, по которой ехал президентский кортеж, взрывается очередная бомба. Во время посещения де Голлем центральных провинций Франции в мае 1962 года на президента готовится покушение с использованием снайпера. На обратном пути генерала в Париж ОАС планирует взорвать железнодорожный переезд, затем - убить де Голля из снайперской винтовки при встрече с президентом Мавритании. В июле 1962 года ОАС готовит очередное покушение, рассчитывая устроить взрыв на железной дороге или использовать собак-подрывников во время поездки президента на восток Франции.
ПОКУШЕНИЕ НА ГЕНЕРАЛА ДЕ ГОЛЛЯ. Кадр из фильма "День шакала". Рисунок с сайта www.destgulch.com
22 августа 1962 года произошло самое громкое покушение. 15 боевиков ОАС во главе с подполковником Жаном Бастьеном-Тьери, используя информацию от агента в Елисейском дворце, на парижской улице из засады обстреляли автомобиль де Голля. Из-за ошибок террористов в автомобиль попало только шесть пуль, и никто не пострадал. Большинство участников покушения были арестованы и осуждены на длительные сроки лишения свободы, а его организатор Бастьен-Тьери расстрелян.
15 февраля 1963 года новый глава оперативного штаба ОАС Антуан Арго, соратник де Голля по "Свободной Франции", готовит очередное покушение. Террорист Жорж Ваттен должен был выстрелить в президента из снайперской винтовки с крыши военной академии. У входа в академию на Марсовом поле планировалось выступление де Голля. Но один из охранников академии, участвовавший в заговоре, рассказал обо всем полиции. Трое организаторов покушения были арестованы. Ваттен, заочно приговоренный к смерти, бежал в Швейцарию. Швейцарская полиция не стала выдавать террориста Франции, а выслала его в Испанию, откуда тот уехал в Южную Америку. Умер Ваттен в Парагвае в 1994 году.
Спецслужбы по приказу де Голля организовали "охоту на охотников". Часть руководителей ОАС погибла при невыясненных обстоятельствах. Другие сбежали за границу. 25 февраля 1963 года из мюнхенского отеля "Эден-Вольф" спецслужбы похитили Антуана Арго и конспиративно вывезли его на территорию Франции. Эта классическая спецоперация ознаменовала закат терроризма ОАС.
Action Direct
1980 - взрыв в аэропорту Орли (8 человек ранено)
1985 - убийство чиновника министерства обороны Рене Одрана
17 ноября 1986 года - убийство генерального директора компании "Рено" Жоржа Бесса
В конце семидесятых и восьмидесятых годах на Францию наводили ужас террористы из группы Action Direct (Прямое действие). Она была создана в 1979 году. Члены Action Direct придерживались идей коммунизма, анархизма и маоизма, симпатизировали антиимпериалистической борьбе стран третьего мира. Сначала группа занималась экспроприациями (иначе говоря - грабежами). С 1979 по 1981 годы доход от экспроприаций составил 100 миллионов франков.
Затем группа перешла к террору. На ее счету - более восьмидесяти терактов. Action Direct проводит взрывы и вооруженные нападения на объекты, символизирующие капитализм - офисы ассоциации работодателей, офисы крупных фирм. Нападениям подвергаются общественные объекты: полицейские участки, суды, военные объекты, правительственные учреждения, комитеты политических партий, профсоюзов. Action Direct осуществила 12 покушений на политических деятелей страны. В 1986-1987 годах было арестовано 20 членов группы, большинство из которых приговорены к пожизненному заключению.
Ильич Рамирес Санчес (Шакал)
Этот знаменитый террорист также попортил немало крови французским спецслужбам. В 1974 году он организовал захват посольства Франции в Нидерландах, взрыв в аптеке в Париже и убийство уругвайского военного атташе во Франции полковника Рамона Тробаля. В 1975 году Карлос лично застрелил двух французских агентов, которые расследовали дело о взрыве в аптеке. В 1981 году Шакал организовал убийство посла Франции в Ливане. В 1982-1983 годах он провел серию диверсий в различных французских городах, в результате которых тринадцать человек погибло и сто пятьдесят было ранено. Конечно, Карлос наследил во многих европейских странах и на Ближнем Востоке. Но арестовали его французские спецслужбы и осужден он был французским судом. И отбывает Ильич пожизненное заключение также во французской тюрьме.
Ближневосточный и исламский терроризм
В сентябре 1986 года Париж снова стал мишенью для террористов. В результате серии взрывов погибли 13 человек, в большинстве своем обычных людей. Бомбы и гранаты рвались в ресторанах на Елисейских Полях, у входа в знаменитый универмаг "Галери Лафайетт". По различным данным, теракты организовали спецслужбы Сирии и Ирана.
Еще одну волну терактов принесло во Францию в 90-х годах обострение противостояния в Алжире между исламскими радикалами и правительством, опиравшимся на армию, которому, по мнению исламистов, Париж оказывал политическую и военную поддержку. Самой впечатляющей операцией этого времени стал захват самолета авиакомпании "Эр Франс" в декабре 1994 года исламистами, собиравшимися, как потом выяснило следствие, направить его на Эйфелеву башню. Если бы отряд французских спецслужб, организовавших в Марселе успешный штурм захваченного самолета, не сорвал этот план, то патент на превращение гражданских лайнеров в летающие бомбы принадлежал бы не "Аль-Каеде" и бин Ладену, а алжирским террористам-самоубийцам.
СРАЗУ ПОСЛЕ ВЗРЫВА У СТАНЦИИ МЕТРО "СЕН-МИШЕЛЬ". Фото с сайта www2.canoe.org
За захватом самолета последовали и другие теракты, организованные уже не залетными, а собственными исламистами-радикалами, и не в небе, а на земле. В сентябре 1995 года взорвалась начиненная динамитом машина на парижской улице перед еврейской школой. Затем последовала целая серия терактов в парижской подземке на станциях "Бульвар Сен-Мишель", "Музей Орсэ" и "Порт-Руаяль".
Основываясь на своем богатом опыте, французы поняли, что нынешние исламисты - это совсем не то, с чем Европа сталкивалась до сих пор. Спецслужбы Франции начали борьбу с исламистским подпольем задолго до 11 сентября 2001 года. Они пришли к выводу, что "Аль-Каеда" представляет собой лишь ядро организации, базирующейся на территории Афганистана и Пакистана, отчасти в Саудовской Аравии и Йемене. Никаких особых структур во Франции у нее не было, но в этой стране существовало мощное исламское подполье, которое в основном состояло из уроженцев стран Северной Африки: алжирцев, марокканцев, тунисцев.
У этого подполья, состоявшего из многочисленных групп, не было прямой организационной связи с "Аль-Каедой". Они лишь имели с ней общую цель. Эти отдельные ячейки были лишены единого командования, иерархии, оставались почти полностью автономными, действовали без связи друг с другом, опираясь лишь на контакты с базами в Афганистане и Пакистане. Отдельные группы этого подполья постоянно меняли форму, состав, цели для нападений. Одни члены в группе обеспечивали финансирование, другие готовили поддельные документы, третьи приобретали взрывчатку, четвертые непосредственно осуществляли теракты. Каждая группа получала материальную поддержку из единого центра, от "Аль-Каеды", но сама выбирала время и место предполагаемого удара. Выявить и обезвредить такую сеть крайне сложно.
По мнению Жана-Луи Брюгьера, члена Суда высшей инстанции, координатора всех расследований, связанных с борьбой против международного терроризма на территории Франции, переговоры - подобные тем, которые ведутся, например, с Ирландской Республиканской Армией или с палестинскими террористическими организациями, - с "Аль-Каедой" невозможны. Фанатики из "Аль-Каеды" ведут с Западом тотальную войну на уничтожение. Они исходят из определенных теологических концепций, представляющих мир ареной борьбы добра и зла, где зло - это все, кто не привержен исламу.
На такой базе никакие переговоры невозможны. В этом - кардинальное отличие групп, входящих в "Аль-Каеду", от организаций типа баскской ЭТА, ирландской ИРА или даже палестинских террористов. Все они добиваются того или иного политического решения проблем своих народов. Идеология же "Аль-Каеды" - это религиозная философия, далекая от всякого реализма. Она построена на принципе предопределения. Поэтому единственный способ решения проблемы "Аль-Каеды" - использование силы. Эти люди понимают только этот язык. Вести с ними какие бы то ни было переговоры бессмысленно.
Михаил Витебский
Большинство экспертов считают, что ситуация во Франции становится весьма серьезной и в худшем случае приведет к своего рода гражданской войне между этническими общинами. Политический ландшафт изменится.
После теракта против сотрудников Charlie Hebdo в январе 2015 г., в результате которого погибли 12 человек, произошел еще более масштабный теракт, унесший жизни 140 человек.
В течение десяти лет я занимался борьбой с терроризмом в должности высшего государственного служащего по делам безопасности в министерстве внутренних дел. Таким образом, это ужасное событие не стало для меня неожиданностью. Я был свидетелем того, как французские спецслужбы ежемесячно с успехом предотвращали по одному большому теракту, например, против собора в Страсбурге и на рождественской ярмарке, которая всегда привлекает множество посетителей. На этот раз наши службы не справились с задачей.
Население потрясено, и многие граждане винят во всем иммиграционную политику, в рамках которой в страну проникло множество мусульман. Конечно, большинство из них мирные люди, но значительное меньшинство действительно представляет большую опасность.
Почему Франция стала их целью? Первая причина: Франция считается страной, враждебной всем религиям. Мы приняли закон, который запрещает присутствие религиозной символики в одежде при посещении общественных мест, например, государственных школ, административных зданий или судов. В соответствии с законом, женщины должны открывать лицо, что является предосудительным поведением для радикальных исламистов.
Второй причиной является военное сотрудничество Франции и Алжира. В Алжире исламисты победили на выборах и были немедленно заключены правительством в тюрьмы. Полиция и военные пользуются французским оснащением. Глобальные исламистские организаций заявили о том, что они будут мстить.
Третья причина – это война в Сирии. Франция приняла решение бороться против ИГИЛ.
В чем заключается идеология исламистских террористов? Они думают, что демократия – это оскорбление Бога. Только Бог имеет право принимать законы, и Бог сделал это в священном Коране. Люди, голосующие за новые законы, выступают против воли Бога. Основатель этой идеологии – египетский философ и идеолог Саид Кутб. В написанных им примерно 30 книгах с общим названием «В тени Корана» он утверждает, что необходимо вести войну против материалистической западной цивилизации. Эта цивилизация представляет угрозу подлинному исламу, и ее необходимо с Божьей помощью уничтожить. Такие лидеры этого движения, как Бен Ладен и Айман аз-Завахири - не бедные и образованные люди. Бен Ладен был из очень богатой семьи. Аз-Завахири был известным хирургом и преподавал в Университете Каира. Было бы ошибочно полагать, что терроризм взрастает только на почве бедности или социальной изоляции.
Бог воздаст воинам, которые сражаются во имя Его, и в случае своей смерти они сразу попадут в рай. Таким образом, эти воины не боятся смерти и в случае необходимости могут совершать теракты ценой своей жизни. Лучшая участь мужчины – быть героем и воином во имя Бога, Аллаха. Этот героический посыл действительно привлекает большое количество молодых людей из исламской общины. Они думают, что Запад лишен морали вообще, и является полностью индивидуалистическим и материалистическим обществом.
Это не чисто религиозная идеология. Она также и политическая. Террористы хотят создать новое исламское государство - "халифат". Таким образом, с ними необходимо бороться как с реальной террористической политической силой. Когда они приходят к власти или образовывают политические партии, то их действия могут принести им поддержку бедняков или безработной молодежи. В французских пригородах 50% молодых людей не имеют работы, и слова радикальных исламистов находят отклик среди этих категорий населения.
Террористы действуют через свои разветвленные сети в мире, главным образом, в иммигрантских общинах в Европе. Они располагают финансовыми средствами. Французские спецслужбы подозревают, что некоторые страны - Турция, Катар и Саудовская Аравия – поддерживают их.
А теперь о двух моментах, которые могут иметь место во Франции в ближайшее время.
Во-первых, есть риск новых терактов во всех французских городах, не только в Париже. Мой друг генерал Антуан Мартинес, который работал в армейских спецслужбах нашей страны, говорил мне о том, что этот риск высок.
Во-вторых, большое значение имеют политические последствия. Через четыре недели во Франции пройдут региональные выборы, и Национальный фронт может получить большинство в трех важных региональных советах на севере и юге страны. Когда-то в Испании на железнодорожном вокзале в Мадриде был совершен крупный теракт. Правительство приписало его баскским сепаратистам, хотя это было дело рук исламистов. Большинство проголосовало против правительства в пользу социалистов. На этот раз во Франции многие избиратели могут проголосовать за Национальный фронт, успех которого на предыдущих выборах был основан на осуждении иммиграции из мусульманских стран. Это проблема не только для социалистического правительства, которое пользуется слабой поддержкой граждан (только 18% выражают поддержку президенту Олланду), но также и для (постголлистской) партии Саркози.
Эти теракты могут изменить политический ландшафт в пользу правых националистов. Кроме того, отношения между гражданами с исконными французскими корнями и мусульманскими иммигрантами могут и далее ухудшаться. Ситуация уже плохая, потому что многие молодые люди мусульманского происхождения совершают преступления и находятся в тюрьмах. Если вы побываете во французской тюрьме, как это пришлось сделать мне в качестве правительственного эксперта, вы увидите, что 70% заключенных – мусульманского происхождения. В тюрьме они часто радикализируются, и некоторые из них пополняют ряды террористов.
Большинство экспертов полагают, что ситуация во Франции становится очень серьезной и, в худшем случае, может закончиться своего рода гражданской войной между этническими общинами. Политический ландшафт изменится. Должен сказать, что американские дипломаты в Париже часто приглашают молодых мусульманских лидеров на политический тренинг в США, где объясняют им, что французское общество является расистским и недружелюбным. Это как если бы французы посылали своих агентов в афро-американские общины и настраивали их против правительства США. Так, после последнего теракта, остается мало оснований для оптимизма в отношении развития ситуации во Франции. Общественный порядок находится под угрозой, и эта проблема будет доминировать на предстоящих региональных выборах.
В результате серии взрывов и нападений, совершенных исламистами в Париже 13 ноября, погибли по меньшей мере 120 человек.
Французские спецслужбы эвакуируют людей из концертного зала «Батаклан» в Париже (Фото: REUTERS 2015)
Поздним вечером пятницы, 13 ноября, в Париже произошла серия терактов, в результате которых погибли по меньшей мере 120 человек. Объектами атак стали места массовых скоплений людей: террористы-самоубийцы произвели подрывы рядом со стадионом Stade de France в северном пригороде Сен-Дени, где в это время шел матч между командами Франции и Германии, из автоматов были обстреляны популярные кафе в восточной части центрального Парижа, там же был захвачен концертный зал «Батаклан» (Bataclan), куда на рок-концерт пришли до 1,5 тыс. человек. Всего французские правоохранители говорят о восьми скоординированных атаках.
Черная пятница
Первые нападения произошли примерно в 21:30 по парижскому времени (23:30 мск): из автоматического оружия были расстреляны посетители ресторанов Le Petit Cambodge («Маленькая Камбоджа») и Le Carillon. Оба заведения находились в 11-м районе Парижа и были популярны у местных жителей. По словам очевидцев, нападавших было немного, возможно, орудовал террорист-одиночка, но, как рассказывал один из выживших, «стрельба продолжалась около получаса». По данным газеты Le Monde, жертвами этого нападения стали от 12 до 14 человек, несколько десятков посетителей были ранены.
Почти одновременно в другой части Большого Парижа — в северном пригороде Сен-Дени — поблизости от стадиона Stade de France произошло три взрыва. На стадионе в момент нападения присутствовали в том числе президент Франции Франсуа Олланд, глава МИДа Лоран Фабиус и министр иностранных дел ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер. Один из взрывов был настолько силен, что его услышали на самом стадионе — этот момент запечатлен на телевизионных трансляциях. Главу государства и высокопоставленных чиновников немедленно доставили в безопасное место, сразу же началась эвакуация зрителей. В результате этих взрывов помимо трех террористов-смертников погибли двое и были ранены еще девять человек.
Примерно через полчаса атаки продолжились в 11-м районе Парижа: террорист-одиночка открыл стрельбу на улице Шаронн. Он целился в посетителей кафе La Belle Equipe. В результате погибли по меньшей мере 18 человек. Свидетели рассказали Le Monde, что стрелок вышел из автомобиля, подошел к террасе ресторана и выпустил несколько очередей. После этого он сел в машину и уехал.
Менее чем через час после первых нападений, в 22:22 по парижскому времени (в 00:22 мск) полиции впервые сообщили о стрельбе поблизости от культурного центра «Батаклан». Масштаб атак уже стал понятен для властей — к концертному залу был отправлен полицейский спецназ в полной экипировке. На месте стало ясно, что террористы взяли в заложники тех, кто пришел на концерт американской рок-группы The Eagles of the Death Metal. Находившийся в зале журналист радиостанции Europe 1 рассказал о двух или трех нападавших: они ворвались в зал без масок, вооруженные калашниковыми, и открыли беспорядочную стрельбу по толпе, началась паника, люди бросились к сцене, огонь по ним не прекращался в течение примерно получаса.
Один из выживших рассказал Le Figaro: . Ему и нескольким другим удалось вырваться — дождавшись паузы в стрельбе (очевидно, преступникам нужно было перезарядить оружие, рассказывал очевидец), они сумели добежать до выхода. По словам очевидцев, террористы во время нападения кричали, что мстят Франции за ее действия в Сирии. Вскоре после первых сообщений о нападении на «Батаклан» в СМИ появилась информация, что зрители захвачены в заложники. Сообщения подтвердились: из полутора тысяч, находившихся в этот вечер в концертном зале, свыше 100 человек к моменту прибытия полиции оставались в помещении.
Операция по их освобождению началась в 00:25 по парижскому времени (в 02:25 мск). Один из свидетелей заявил France Info, что террористы во время штурма кричали «Аллах акбар!». Полицейских и оставшихся заложников они попытались забросать ручными гранатами. Операция завершилась тридцать минут спустя — к 01:00 по парижскому времени (03:00 мск). Захватчики были убиты. Журналисты и очевидцы сообщали о многочисленных жертвах.
К 08:00 мск общее число погибших, по данным Reuters , составляло не менее 120 человек. Как минимум 87 человек из них были застрелены в концертном зале, около 40 человек убиты в разных районах Парижа, сообщают официальные власти.
Белый план
Уже к 22:00 по парижскому времени (полночь в Москве) власти поняли, что имеют дело с крупномасштабной террористической атакой. В 23:00 в здании МВД Франции началось чрезвычайное заседание под председательством премьер-министра Мануэля Вальса. Первыми шагами властей стало оцепление 10-го и 11-го кварталов Парижа, полиция обязала всех граждан покинуть людные места, мэрия Парижа призвала всех горожан не выходить из дома. Движение пяти линий парижского метро, проходящих через оцепленный район, было приостановлено. В 23:55 (01:55 мск) с экстренным обращением к нации выступил президент Олланд. Он объявил, что в те самые минуты, что он выступает в эфире, столица подвергается террористической атаке. Олланд объявил о введении в стране чрезвычайного положения и закрытии границ. В Париже в силу вступил «белый план» — комплекс мер на случай высочайшего уровня террористической опасности: все экстренные службы столицы были переведены в режим полной готовности, в столицу были стянуты войска — к утру численность военного усиления полиции достигла 1,5 тыс. военнослужащих.
Олланд вновь появился перед публикой через два часа, в 2:01 (04:01 мск) — вместе с Вальсом и министром внутренних дел Бернаром Казневом он прибыл к только что освобожденному от террористов «Батаклану». Олланд пообещал продолжить борьбу с террористами. «Мы будем сражаться. Наша борьба будет беспощадной», — сказал он.
К раннему утру полиция отчиталась об ответных мерах. По словам префекта полиции Мишеля Кадо, с большой долей вероятности, все террористы мертвы. В частности, захватившие центр «Батаклан» привели в действие пояса шахидов. Организаторы взрывов поблизости от Stade de France также взорвали себя. По текущей информации, в общей сложности из восьми уничтоженных боевиков семеро себя подорвали, один был застрелен полицией. Ранее Fox News сообщил, что полиции удалось захватить одного из террористов живым. Он заявил, что принадлежит к последователям запрещенной в России организации «Исламское государство». Ответственность за атаки официально ни одна террористическая группировка пока на себя не взяла.
Помощь мира
Масштаб терактов в Париже — они стали самыми кровавыми в Европе с момента взрывов в пригородных поездах в Мадриде в 2004 году — ошеломил мировое сообщество. С соболезнованиями и предложениями помощи среди прочих выступили премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, канцлер ФРГ Ангела Меркель, президент России Владимир Путин и президент США Барак Обама. Последний выступил перед журналистами, назвав теракты «нападением на все человечество, угрозой универсальным ценностям». Обама, как и председатель КНР Си Цзиньпин, поговорил с Олландом по телефону, предложив помощь.
Как и после нападения на редакцию сатирического журнала Charlie Hebdo в январе этого года, солидарность проявило интернет-сообщество, в социальных сетях разошелся тэг #PrayForParis (молись за Париж) и траурные изображения: Эйфелева башня, стилизованная под пацифик, и символ Франции — Марианна со слезой на щеке. Огни на Эйфелевой башне были выключены в память о погибших. Подсветка нью-йоркского небоскреба Башня Свободы, воздвигнутого на месте Всемирного торгового центра, была изменена на цвета французского флага. К посольствам Франции во всем мире несут цветы, первые цветы и свечи перед французской дипмиссией в Москве появились уже к четырем часам ночи.
Вместе с жестами сочувствия и солидарности в соцсетях стали появляться сообщения, в которых выражается поддержка нападавшим. Она исходит от сторонников запрещенного в России «Исламского государства». Они распространяют в Twitter сообщения с тегом на арабском языке, который переводится как «Гори, Париж».
Неизвестное зло
Вопреки первым сообщениям и заявлениям сторонников ИГ в соцсетях, причастность к нападениям эта организация пока не подтвердила. В январе этого года нападение на Charlie Hebdo организовали исламисты, однако они называли себя приверженцами не ИГ, а одной из ячеек «Аль-Каиды». Убийство французских журналистов, утверждали эксперты, должно было вернуть внимание СМИ к этой джихадистской организации, которая соперничает с ИГ за лидерство в среде исламских радикалов.
Известно, что захватчики «Батаклана» говорили о Сирии. Франция является активным участником действий против ИГ в Сирии, помогая антиасадовской оппозиции, но авиаудары она начала наносить по позициям исламистов только в конце сентября — за несколько дней до вмешательства в сирийский конфликт России. В пятницу США заявили, что уверены в уничтожении в сирийском городе Ракка «Джихадиста Джона» — одного из лидеров ИГ, получившего известность за то, что тот исполнял роль палача во время публичных казней.
Директор Проекта по изучению межгосударственных угроз Томас Сандерсон заявил Bloomberg , что Франция является наиболее очевидной и доступной целью для террористов. Наиболее вероятными организаторами и исполнителями терактов он назвал ИГ или «Аль-Каиду». «Нынешние действия Франции в Сирии и ее прошлая политика делают ее очевидной мишенью», — сказал эксперт.
Французские СМИ пока воздерживаются от оценок эффективности деятельности спецслужб. Анализируя возможность противостоять масштабным терактам, французское издание Le Point напомнило, что полиция и спецслужбы готовились к такого рода нападениям с 2009 года. Правоохранительные органы усилили антитеррористическую подготовку после нападения на отель в Мумбае в 2008 году, в результате которого погибли 166 человек. После учений в 2009 году Le Figaro пришла к выводу, что «никакое единство, никакая слаженность действий не могут служить гарантиями безопасности». Повышенный уровень террористической угрозы сохранялся во Франции с январского нападения на редакцию Charlie Hebdo.
Говоря об операции по освобождению заложников, Le Point также напомнила читателям о двух неудачных, по ее мнению, аналогичных случаях. Речь идет о России: о теракте 2002 года в театральном центре на Дубровке — тогда погибли 129 заложников, и нападении на Беслан, в ходе которого было убиты 350 человек, из которых 190 были детьми.
Еще до завершения штурма «Батаклана» американский телеканал CNBC со ссылкой на источники в разведсообществе США сообщил, что теракты в Париже, «скорее всего, были скоординированы». В Вашингтоне, однако, не восприняли атаки как повод для усиления мер безопасности: сотрудники Министерства внутренней безопасности США, опрошенные телеканалом, заявили, что для Соединенных Штатов угроз нет. Однако, как передает Reuters , в Нью-Йорке меры безопасности были усилены. Позже американская авиакомпания American Airlines предупредила о задержках своих рейсов в Париж из-за терактов, однако вскоре подтвердила, что они будут выполнены.
Во Франции сохраняется режим чрезвычайного положения, который подразумевает, что в стране или на части ее территории может быть введен комендантский час, власти получают право на неограниченный доступ в жилые помещения днем и ночью, любые массовые мероприятия запрещены. Противодействующие этим мерам безопасности могут быть арестованы на срок до двух месяцев или приговорены к штрафу до 3750 евро. Все школы, лицеи, университеты прекратят работу в субботу, все школьные поездки отменены.
